Полная версия Мобильная версия

Кто нужен Путину и кому нужен Путин?

K 727
J

Десятидневное отсутствие Президента России на телевизионных экранах взволновало оппозиционную общественность едва ли не больше, чем убийство Бориса Немцова. Количество версий того, где глава государства и что с ним, зашкалило все мыслимые пределы. А возвращение Владимира Путина в информационном пространстве вызвало еще более энергичную реакцию все той же общественности.

Этот факт нуждается в осмыслении не меньше, чем феноменальный уровень доверия, которым пользуется Президент России у населения страны. Тем более, что, на мой взгляд, и волнения в либеральной среде, и стойкая уверенность большинства россиян в своем лидере суть две стороны одной медали.

Секрет многолетнего активного очно-заочного присутствия Владимира Путина в российском массовом сознании – т.е. такого присутствия, которое порождает и/или подтверждает/пробуждает в этом сознании некие позитивные смыслы – прост и в значительной мере соответствует нашему менталитету. Если коротко, то нынешний Президент России сначала медленно приближался к той границе, которая отделяет народ от правящей чиновно-олигархической верхушки, а с начала текущего срока президентства перешагнул ее. Перешагнул совсем немного, на полшажка, но в правильном направлении – сегодня он на стороне народа.

Нужно заметить, что Путин хорошо ощущает эту границу и уже не раз наступал на нее, отдаляясь от своего окружения и минимизируя дистанцию с избравшим его большинством.  Так было в начале его президентского пути, когда с его подачи и при его поддержке складывался миф о нем как засланном в Кремль спецагенте КГБ-ФСБ. Здесь сработала тогда еще не ослабшая надежда российского человека на то, что «силовики» на то и поставлены, чтобы денно и нощно блюсти государственный интерес и давать укорот штатской чиновной сволочи.

Так было в случае с Березовским и Ходорковским, избавление от которых средний россиянин воспринял как знак начавшегося похода на самых одиозных наследников царя Бориса и зажравшихся при нем олигархов.

Под тем же знаком сближения с народом прошло и последнее по счету возвращение Путина на президентский пост. На фоне рыхлого и анемичного правления Дмитрия Медведева   гиперактивный Владимир Владимирович с его предвыборными статьями и майскими Указами выглядел именно как Президент, пришедший для того, чтобы действовать в интересах своих избирателей.

Эти и множество менее масштабных слов и действий в указанном направлении постоянно поддерживали в массовом сознании россиян представление о том, что Путин – правильный Президент, потому что он за справедливость.

Собственно говоря, именно эти периодические смещения в купе с высокой стоимостью нефти, обеспечившей «тучные двухтысячные», поддерживали и высокий рейтинг Владимира Путина, и готовность российского избирателя видеть в нем своего единственного спасителя и от экономических проблем, и от давления «бояр».

Сегодня мы сталкиваемся с той же схемой. Но ее качественное наполнение резко изменилось. Во-первых, последние шаги Путина на сближение с народом совершены в принципиально новой сфере. Это уже не аппаратные игры, не избавление от излишне надоедливых персонажей и не заливание проблем деньгами. Сегодня Путин сблизился с большинством граждан России идеологически. И в самой болезненной и жизненно важной точке – в национальной самооценке, в массовой потребности вернуть каждому из нас и стране в целом тот высокий ценностный (отчасти мессианский) статус, по которому со второй половины 1980-х годов был нанесен не один сокрушительный удар и изнутри страны, и извне.

Реабилитация позитивного содержания российской истории, попытки выстраивания некоей государственной/государственнической идеологии, укрепление оборонного потенциала страны, возвращение Крыма, экономическое и политическое противостояние с ЕС и США на фоне событий на Украине расценены большинством как стремление Путина восстановить высшую справедливость – вернуть России статус мировой державы, утраченный после развала СССР. Того СССР, смутная тоска по идеальному образу которого (военная мощь, лидирующие позиции в по марксистско-ленински понятой истории, патернализм в отношении готовых идти нашим путем, политическая стабильность, предсказуемость личной судьбы в контексте судьбы страны и «прогрессивного человечества», бОльшая в сравнении с нынешним днем социальная справедливость) прошила все «нулевые» годы.

Уверен, за это стремление – пусть непоследовательное, пусть не такое настойчивое и энергичное, как многим хотелось бы - большинство граждан России готово простить Путину если не все, то очень и очень многое. Списывать это согласие с лидером на пропаганду, роковую роль «зомбоящика» - значит плохо понимать свою страну. Если сбросить со счетов политически активное меньшинство нашего общество (и активистов-патриотов, и активистов-протестантов, поскольку они недалеко ушли друг от друга), то оставшиеся 70-80% сторонников Путина живут своими настроениями и своими представлениями о том, какая страна и какой лидер им нужны. И эти представления мало зависят от официальной пропаганды – они питаются из иных источников.

Этот источник – слабо отрефлектированное и артикулируемое, почти инстинктивное, но неизбывное нравственное чувство. Оно точно указывает, что Порошенко и Яценюк (впрочем, как и все предыдущие президенты Украины), Обама и Меркель, Немцов и Касьянов, русский, украинский и любой другой национализм, фашизм – это плохо, это чужое, это то, что никогда не будет принято этим большинством, отторгнуто им почти на биологическом уровне.Что май 1945 года, Сталин, Черчилль и Рузвельт, антифашизм, украинцы (шире – православные славяне) – это хорошо.

Это большинство будет забавляться импортными гаджетами, фильмами, музыкой, алкоголем и табаком, но не примет импортной толерантности. Это большинство будет настороженно относиться к «своим» и «чужим» мусульманам, но никогда не поймет французов, вставших на защиту расстрелянных карикатуристров. Оно может ненавидеть и ближнего своего, но всегда будет солидарно в противостоянии с «дальним».

В пределе это большинство добивалось и, вероятно, будет добиваться наибольших успехов под рукой тиранов, которых проклянет в душе при их жизни, но в большом историческом времени простит, оправдает и предъявит их как упрек менее кровожадным лидерам.

Об этом большинстве, его структуре и содержании бесполезно судить по эксцессам в локальном времени – в этом случае разброс проявлений будет фантастическим. Судить его есть смысл только в том большом историческом времени, на которое опирается его коллективное бессознательное. И в нем – в этом большом времени – раз за разом повторяется то, что в других народах носит единичный характер: достичь вершины мы способны только оттолкнувшись от дна.

Пологое, пошаговое, систематическое, системное восхождение с укреплением каждого промежуточного плацдарма – не для нас. И это не хорошо и не плохо. Это так. На вопрос генерала «Почему ты не окопался, а выложил бруствер из снега?» рядовой ответил: «Десант создан для атаки, а не обороны». И получил 10 дней отпуска.  

Странно, что Запад не понимает этого и активно помогает укреплению авторитета Путина, поддерживая националистический и антироссийский (антирусский) режим на Украине, разворачивая компанию по занижению роли СССР во II Мировой войне (для нас привычнее другое наименование – Великая Отечественная) и игнорируяюбилейный Парад Победы. Этими и многими другими действиями он подогревает недоверие к себе. То недоверие, которое в нашем национальном сознании присутствовало всегда (его причины – тема особого разговора), и подогревание которого подтверждает нашу, а не их правоту.

Сегодня, атакуя Путина, его оппоненты атакуют это большинство. Которое, и это нужно подчеркнуть, не путинское большинство. Это не оно с ним. Это он с большинством. Да, большинство нуждается в вожде, в выразителе и защитнике своих интересов, своей «самости». Но может обойтись (и обходится) и без вождя, питаясь внутренними ресурсами, часть которых я описал выше.

И тут самое время вернуться к нашей оппозиции, которая раз за разом демонстрирует ту же слепоту и непонимание страны и народа. Только в отличие от Запада - своей страны и своего народа.

Оппозиция убеждена, что нужно свалить Путина и получить возможность заставить «путинское большинство» устыдиться своей сирости, отсталость и убогости, внушить этому большинству некие правильные, «цивилизованные», «демократические» правовые, экономические, политические, нравственные нормы, усвоив которые, большинство отвернется от своего лидера и забудет его.

Как будто можно отвернуться от себя. Как будто в центре сознания этого большинства стоит Путин, а не те ценности, которые он разделил (к которым присоединился) со своим народом. Как будто эти ценности исчезнут, как только он уйдет или его уберут с вершины власти. 

Думаю, это главный урок, который можно извлечь из тех 10 дней, в которые Запад и оппозиция испуганно и истерично искали Путина - самую прочную опору и оправдание своего существовании. Тех 10 дней отсутствия, которое большинство почти не заметило, а если заметило, то не придало ему большого значения.


Читайте также


comments powered by HyperComments