Полная версия Мобильная версия

Где родина Чайковского?

K 1096
J

Виктор ЧУЛКОВ

Обратите внимание, насколько органичны для нашего сознания формулы «Ижевск – оружейная столица России» и «Pодина автомата Калашникова», «Удмуртия – часть опорного края Российской державы».

 

Но как бы я того ни хотел, как-то не до конца верю в то, что «Удмуртия – родина гения» - Петра Ильича Чайковского. Даже если этот тезис подан в более изящной аранжировке: «П.И.Чайковский - сын Удмуртии, гений человечества».

Мешает мне принять этот общепринятый тезис неясность понятия «родина». Хотя, казалось бы, все очевидно. Любой более или менее образованный человек с ходу скажет: «Петр Ильич Чайковский родился в городе Воткинске». Многие в России, а кое-кто и за ее пределами прибавит, что Воткинск – это один из городов Удмуртии, и в нем есть музей-усадьба П.И.Чайковского.

Но, как видите, уже этот парад очевидностей чреват сложностями. Родился гений в Воткинске, а родина гения – Удмуртия? Но о каком городе Воткинске речь, если в момент рождения будущего композитора это был поселок при Камско-Воткинском сталелитейном заводе?

О какой «Удмуртии» можно говорить применительно к 1840 году - году рождения Петра Ильича? Напомню: Воткинск основан в 1757 году как посёлок при строительстве Воткинского железоделательного завода. Официальной датой основания города считается 1759 год, когда Воткинский завод начал работать. С 1759 года по 1796 год — посёлок при Воткинском заводе в Вятской провинции Казанской губернии, с 1796 года по 1917 год находился в Сарапульском уезде Вятской губернии. С 1917 года по 1921 год - в Сарапульском уезде Вятской губернии, с 1921 года по 1923 год в Сарапульском уезде Пермского края, с 1923 года по 1934 год в Уральской, Свердловской области, с 1934 года по 1935 год в Кировском крае. В 1935 году становится городом Воткинском, до 1936 года в Кировском крае, с 1936 года по 1937 год в Кировской области. В 1937 году город Воткинск из состава Кировской области передан в состав Удмуртской АССР.

С этой точки зрения на статус родины гения может с полным правом претендовать Кировская область. Ну, и совсем немного – Татарстан и Пермский край. На территории последнего, кстати, есть город Чайковский.

Как видим, с топографическим аспектом понятия «родина П.И.Чайковского» возникают большие сложности.

Можно возразить – мы называем Воткинск и Удмуртию «родиной гения» для простоты. Действительно, не будешь же каждому встречному - поперечному объяснять все эти административные эволюции. Сегодня Воткинск – город? - Город. - В Удмуртии? - В Удмуртии. - Ну вот. А все прочее от лукавого.

От лукавого ли? Вот Пушкин, к примеру, родился в Москве, а отечеством (родиной) считал Царское село. И, между прочим, маму с папой (не считая писем) нигде не запечатлел. Зато мы до сих пор помним его няню Арину Родионовну. А Есенин, напротив, и свое Константиново не раз воспел, и матушку-«старушку» «в старомодном ветхом шушуне».

Это я о том, что у слова «родина» есть второе (или первое?) значение – локус духовного пространства, который нами отрефлектирован и артикулирован. И этот локус далеко не всегда совпадает с точкой на географической карте.

«Отрефлектировал» ли, «артикулировал» ли П.И.Чайковский поселок Воткинский завод и Удмуртию в музыке? Похоже, что нет. Чуть сложнее в письмах – там время от времени возникает тема желаемого возвращения в детство. Точнее – посещения места, где прошло раннее детство композитора. Но это место лишено какой-либо конкретики и выступает как некая «глушь», которой композитор благодарен за то, что именно в этой глуши он «проникся неизъяснимой красотой характеристических черт русской народной музыки».

Похожую картину рисует письмо гувернантки Фанни Дюрбах своему воспитаннику: «Я особенно любила тихие мягкие вечера в конце лета… с балкона мы слушали нежные и грустные песни, только они одни нарушали тишину этих чудных ночей. Вы должны помнить их, никто из вас тогда не ложился спать. Если Вы запомнили эти мелодии, положите их на музыку. Вы очаруете тех, кто не сможет слышать их в вашей стране».

А вот и сцена с ее участием: «Фанни Дюрбах поднялась наверх в детскую и видит, что мальчик лежит и громко плачет. - Что случилось, мой мальчик? На что он ей ответил:  - Эта музыка. - Какая музыка, в доме тихо? – О, эта музыка. Она у меня тут - и показал на свою голову. - Она не дает мне покоя! Уберите ее».

Итак, мальчик, родившийся с музыкой в голове. С музыкой, которая не дает ему покоя и от которой он рад бы, да не может избавиться. Мальчик, от которого запирают рояль, потому что он готов проводить за ним сутки напролет. Для которого русский язык – равный в ряду с французским и немецким.

Мальчик, в чье сознание внешний мир проникает исключительно звуками «музыки».

Вот объект его рефлексий, центр, сердцевина его духовного мира – музыка. И не только «русская народная», но еще и «Дон Жуан» Моцарта в исполнении оркестрины. И еще та, с которой его знакомила матушка Александра Андреевна Ассиер - внучка французского скульптора Мишеля-Виктора Асье и дочь Михаэля-Генриха-Максимилиана Ассиера, приехавшего в Россию в качестве учителя французского и немецкого языка.

Как видим, поселок Воткинский завод занимает в жизни Петра Ильича очень незначительное место.

Думаю, именно эти обстоятельства мешают окончательно «приживить» Чайковского к Воткинску и Удмуртии. Родина как центр его духовного мира размещен в иной плоскости и существует в иных проявлениях: «Я русский в полнейшем смысле этого слова».

Между тем, стоит немного сместить угол зрения, и связь Чайковского с Воткинском и Удмуртией станет более очевидной.

Речь об эпохе, которой принадлежит гений русской музыки. Великий русский философ Иван Ильин дал парадоксальное, но удивительно точное определение Пушкину: «Певец империи и свободы». Возьму на себя смелость заявить, что это определение вполне приложимо и к Чайковскому. Его музыка – ярчайшее выражение свободы русского духа, развернувшегося в условиях, когда Российская империя в очередной раз сосредоточилась на внутреннем развитии страны.

Воткинский завод, Уральские заводы приняли в этом процессе самое активное участие и внесли в него заметный вклад. Во многом благодаря тому, что их возглавляли люди типа Ильи Петровича Чайковского - европейски образованные патриоты России.

Их умом и талантом российская промышленность перешла с воды на пар, открыла эпоху пароходов и паровозов, которые позволили связать огромные пространства империи в единый хозяйственный комплекс.

Итог этого сосредоточения на внутреннем развитии страны подвел Александр III: «Пока русский Царь ловит рыбу, Европа может и подождать».

Уверен, что именно этой составляющей, ее осмысления, усвоения и использования нам и не хватает в наших попытках убедить себя и других в том, что именно Воткинск и Удмуртия – родина гения. 

 


Читайте также


comments powered by HyperComments