Полная версия Мобильная версия

Вузы Удмуртии в зоне риска. Чем чреват отказ республики от создания опорного университета?

K 3937
J
Лидия Кулябина

Многолетняя тактика руководства вузов Удмуртии «залечь и отсидеться» в ситуации создания опорных вузов может дорого обойтись всей республике. Пожалуй, впервые в постсоветской истории реорганизация высшей школы так плотно сопрягается с конкретным регионом и его нуждами. Минобрнауки РФ задумало, что опорный университет — главный вуз субъекта федерации. А если нет такого университета — есть ли будущее у субъекта?

Фото: my1.ru28 декабря после встречи с министром образования РФ Дмитрием Ливановым глава Удмуртии Александр Соловьев заявил о том, что он принял решение: опорный вуз в республике в 2016 году создаваться не будет. Сославшись на министра, Александр Васильевич резюмировал: «Посоветовал не торопиться». А что еще мог посоветовать министр в ситуации, когда подача заявок на участие в конкурсе была закрыта 18 декабря?

Понятно, что этот конкурс только начало мук создания по стране сети опорных вузов. На сегодня неясно ни точное их количество (назывались цифры 150, 120, сегодня уже 80; последняя цифра означает, что среди регионов точно будут и такие, кто останется без опорного университета), ни сроки и динамика реализации инициативы. А правила следующего этапа, если таковой вообще будет объявлен, следует ожидать не прежде вынесения решений по первому, а это не раньше февраля — марта 2016 года. Но самое вероятное — уже после того, как станет ясно, как сработал конкурс, то есть когда в 15 первых «опорников» полноценным потоком польются не только федеральные деньги, но и абитуриенты с высокими баллами по ЕГЭ. И все снова мимо Удмуртии.

Вузовские иерархии

УдГУ. Фото: vk.comО том, что вузов развелось небывалое множество, но далеко не всякий, к примеру, дипломированный юрист сможет сказать, сколько статей в Конституции РФ, говорили давно. Но все как-то наивно предполагали, что сокращать количество и бороться за качество начнут с негосударственных структур. Однако Министерство образования золотых телят трогать не рискнуло.

Вытягивать пирамидальную структуру высшей школы начали с верхушки: с 2006-го по 2011 год где-то путем слияния, где-то путем перемены статуса появилось девять федеральных университетов. В 2014-м в результате слияния семи (!) вузов появился Крымский федеральный университет. Их существование было привязано к федеральным округам. В ПФО этот статус получил Казанский университет. И если для Нижегородского университета это решение теперь уже пятилетней давности не было безболезненным, то мы в Удмуртии лишь краем глаза наблюдали за битвой титанов. Но уже тогда было ясно, что Казань все активнее будет претендовать на талантливых удмуртских абитуриентов.

Ректор УдГУ Галина Мерзлякова. Фото ©«ДЕНЬ.org»Когда же стало известно, что ни один вуз Удмуртии не получит статус национального исследовательского университета (НИУ), конкурс на получение которого проводился в два этапа в 2009 и 2010 годах, вузовская общественность всерьез забеспокоилась. Еще бы, ведь из 27 получивших статус университетов семь из ПФО (два казанских, два пермских, Саратовский, Самарский и Нижегородский госуниверситеты)!

О том, что именно тогда пошло не так и почему ни один вуз из Удмуртии не оказался в когорте тех, кого мы считали равными себе по мощи и статусу, нужно говорить особо. Но факт очевиден: зацепиться за вторую ступень пирамиды нам тогда не удалось. Четкой территориальной сцепки на этом этапе не было: принимались во внимание динамика развития и состояние научно-инновационной деятельности. Причем в отличие от первой ступени статус НИУ ограничен 10-летним сроком, после которого может быть отозван за неэффективностью выполнения плана развития. Так что через пять лет перечень НИУ может быть пересмотрен. Мало того, отдельные вузы Удмуртии имеют в своих стратегических планах этот пункт, но история с опорными вузами наглядно показывает, что даже по формальным показателям ни одному из них не под силу в одиночку взобраться даже на третью ступеньку иерархии.

Без опоры

ИжГТУ. Фото: izhlife.ruПо данным Удмуртстата, в 2014 году Удмуртию покинуло 1 576 человек возрастной группы 18-19 лет с полным средним образованием. По качественному составу это в основном выпускники городских лицеев и гимназий со средним баллом по ЕГЭ от 80 и выше. То есть сегодня основной абитуриент вузов Удмуртии — вчерашний школьник с неявно выраженной учебной мотивацией либо выходец из сельских районов.

Впрочем, есть еще одна интересная группа абитуриентов — выпускники школ из соседних регионов. По данным того же Удмуртстата, в 2014 году в республику приехал 1 151 потенциальный абитуриент. И по баллам, и по мотивации к обучению они несколько более выигрышно смотрятся на фоне доморощенных: как правило, они не прошли по баллам в столичные вузы или НИУ, но не сдались и нашли компромиссный вариант, к тому же недалеко от домашнего региона.

Ректор ИжГТУ Борис Якимович. Фото ©«ДЕНЬ.org»То есть негативное соотношение в количестве порядка 400 уехавших «умов» с качественной точки зрения — тенденция к скатыванию в местечковую второсортность. И эта тенденция для Удмуртии не уникальна, но особенно жестка: приходится противостоять сразу восьми (!) более высокостатусным вузам в непосредственной географической близости (и это еще не считая столичных). Именно на таком фоне возникает официально объявленная 16 октября 2015 года идея опорных вузов.

Роль главы

В подписанном Ливановым приказе четко сформулировано: идея призвана в первую очередь предотвратить отток потенциально перспективного населения из регионов, а добровольное объединение вузов в рамках одного субъекта, без которого подача заявки невозможна, должно способствовать «социально-экономическому развитию субъекта федерации», росту их интеллектуального потенциала и росту числа продолжающих обучение в родном регионе.

Именно поэтому впервые в ходе реформы высшей школы особая роль в процессе подготовки заявки на конкурс по опорным вузам отводилась главам субъектов. То есть административное давление со стороны региональных властей, которые формально не участвуют в регулировании высшего образования, изначально было включено в тактику и стратегию нынешнего этапа реформы. Но в Удмуртии и это не сработало.

Александр Соловьев. Фото ©«ДЕНЬ.org»Лишь через месяц после объявления конкурса и за месяц до истечения сроков подачи заявок Александр Соловьев заявил: «Опорный вуз мы будем создавать. Это уже даже не обсуждается». Но сейчас, на исходе 2015 года, когда стало ясно, что договориться УдГУ и ИжГТУ не удалось и уже вряд ли удастся, принято решение действовать безотказным методом: девять из десяти проблем решаются сами собой, а десятая в принципе неразрешима. То есть — бездействовать.

В последние два месяца уходящего года проблема опорных университетов лихорадила далеко не только Удмуртию. В сухом остатке от этих острейших препирательств и критики в адрес Минобрнауки (в недрах многих регионов вместо заявок вызрели предложения об изменении условий конкурса) — фраза председателя Общественной палаты Иркутска: «Парадокс ситуации в том, что нужно очень быстро бежать, чтобы оставаться на месте. Идёт борьба за сохранение статус-кво». А мы откладываем. На 2017-й.

А сбор заявок на конкурс по опорным вузам все же состоялся. Негусто: 15 заявок из 13 регионов. То есть конкурса фактически нет: конкурировать будут не вузы между собой, а качество их заявок. Четверо из заявителей из 15 — снова из ПФО: Вятский и Оренбургский госуниверситеты, Самарский технический и Уфимский нефтяной.

Не получилось. Что дальше?

В случае успеха объединенные вузы получат по 200 млн рублей в год в течение первых трех лет существования — на нужды реорганизации. Но дело даже не в этом. Важнее в нашей ситуации задаться вопросом: чего лишаются остальные? Нет, их не закрывают. По крайней мере, на данном этапе. Им просто оставляют бакалавриат как основное поле для деятельности. Ни диссертационных советов, ни аспирантур, ни магистратур, ни госзаказов в сфере науки, ни — в перспективе — федеральных бюджетных мест.

Почему вузам Удмуртии не удалось договориться? Во-первых, никакие варианты объединений с более мелкими региональными игроками (как хотели в ИжГТУ) или с институтами за пределами региона (что в принципе противоречит самой идее опорного вуза, но так хотело руководство УдГУ) не позволяют даже приблизиться к выполнению двух базовых условий опорного вуза: общая численность студентов должна составить не менее 10 тысяч, доходы вуза — не менее 2 млрд рублей. То есть, по сути, обсуждение должно было строиться вокруг вопроса: кто — УдГУ или ИжГТУ — заявитель, а кто — присоединяющийся к заявке? Но вместо этого время было потрачено на заранее обреченные попытки поиска иных вариантов.

Фото: bezformata.ruВо-вторых, достаточно взглянуть, какие структуры попадают под нож во время объединения. Понятно, что дублирующие кафедры и пересекающиеся специальности. В нашей ситуации это управленцы, экономисты и юристы. Но важно даже не это: в объединенном вузе не может быть двух учебно-методических управлений, двух профсоюзов, двух бухгалтерий… Двух ректоров, наконец.

О чем семафорит ситуация абитуриенту и его родителю? Надо ехать в «нормальный вуз», который не на дне иерархии! Хоть как-то державшийся в последние годы заслон оттоку талантливых и мотивированных 18-леток в виде региональных вузов, чей статус до истории с опорными университетами оставался непроясненным и подающим надежды, видимо, пал. Будущее республики в таком случае печально.


Читайте также


comments powered by HyperComments