Полная версия Мобильная версия

«Пещерные» люди. Ижевские спелеологи стремятся к новым открытиям

K 1672
J
Надежда Филинова

Единственный способ сегодня сделать географическое открытие — это сходить в спелеопоход. Так считает мой собеседник Игорь Шестаков, спелеотурист с 30-летним стажем, побывавший в горах Урала, Кавказа, Абхазии.

— Сегодня истоки крупных рек, горы, практически все найдено. Так, только уточняют. Вот эта река при длине 1500 км должна быть на 200 метров длиннее. Да уж, крупное географическое достижение. А неоткрытых пещер очень много, особенно на таких труднодоступных территориях, как Сибирь, Север, Заполярье. Я не сомневаюсь, что и на Урале полно ненайденных горизонтальных полостей. Однажды мы совершенно случайно нашли одну небольшую пещеру на Северном Урале. Это было не в спелеопоходе, наша группа совершала сплав по реке Березовой. Мы причалили, я поднялся на берег и заметил горизонтальную дыру. Когда-то, видимо, там была большая пещера, но со временем ее размыло. Руководитель нашего похода развернул описание пещер этого района, в нем никакой пещеры в этом месте не числилось.

Первый поход. Кизеловка, 1985 год. Лица в глине после спелеокрещения — А куда с подобным открытием обращаться?

— В ближайший спелеоклуб. Собирается экспедиция. Новый объект изучают, проверяют, а пещера протянулась на 20 метров, а потом раз — и «заткнулась». И все — ни чет ни нечет. Мужики плюнули и дальше не пошли. А кто-то из них задержался и случайно в уголке обнаружил дуновение воздуха. Начал там разгребать. И вдруг камень сорвался вниз, и не слышно, как он упал, — такая глубина! Кричит: «Мужики, стойте, не расходитесь!» А они уже рядом, снова собрались. Веревочку бросили, и первый пошел, а веревка 10, 20, 30 метров тянется вниз... Спустился, наконец, на дно, а там ручей, меандр идет. «Мужики, давай сюда, тут продолжение!» Прошли по меандру, вывалились в огромный зал, потолка не видно, в углу глыбовые завалы, и вроде в углу дует. Пошли туда. Я описал, как открываются новые вертикальные пещеры, которые характерны для Кавказа. Но поисковые работы меня никогда не привлекали. Мне интереснее было просто ходить, погружаться все глубже.

Башкирия, Кутук-4, 2004 год— Просто дух захватывает! Игорь Авенирович, а что в снаряжении самое важное?

— В пещере самое важное — свет. Свет, свет, свет! Там можно голым быть, но со светом и спокойно выйти, а можно все там иметь, но без света и погибнуть, потому что темнота угнетающе действует на психику. Короче, если сильно не заморачиваться, то Урал — самое близкое для нас место, но и там есть опасные пещеры, колодцы. Кстати, три года назад был обвал в пещере Российской, который своими неправильными действиями устроили какие-то «чайники». Они сунулись в щель с «живыми» камнями, куда никто не ходил. Все знали, туда лучше не соваться, спасработы организовать не смогли, в итоге двое погибли, один серьезно пострадал. Потом в Интернете устроили целую дискуссию по этому поводу. Российскую назвали пещерой-убийцей, чуть ли не самой опасной пещерой в мире. Это было самое крупное происшествие на Урале.

Сразу скажу, по травматизму спелео уступает дорожно-транспортным происшествиям. Как правило, травматизм случается по незнанию, когда какой-нибудь «чайник», насмотревшись красивых картинок с видами пещер или прочитав книгу французского спелеолога Норбера Кастере, берет бельевую веревку и идет.

Российская, начало 1990-х годов— А у вас были ситуации на грани жизни и смерти?

— Ну, были. Сорвался на Кавказе в пещере Назаровской с высоты 15 метров. Два года восстанавливался, но потом все равно вернулся в туризм. Кстати, в Ижевске живет Юра Пономарев, который, как мне кажется, достоин быть в книге рекордов Гиннесса. Он зимой выходил из колодца Снежной, и сошла лавина. У входа в пещеру образовалась снежная пробка, которая упала внутрь и сорвала его с веревки. На лавине он ушел где-то метров на 200 в глубину, при этом отделался только ушибами. Об этой истории мало кто знает, но этот реальный случай произошел в начале 80-х годов. Раньше особо об аварийных ситуациях не распространялись: к руководителю группы могли применить штрафные санкции, лишить его права на руководство, какие-то походы не зачесть.

Средняя Азия, спелеозаброска в Байсунтук— Я знаю, люди в пещерах месяцами живут, например, при штурме. У вас какой был самый длинный поход?

— Около месяца я жил на Кавказе, как раз при штурме пещеры Форельной. В Средней Азии тоже около месяца при освоении Байсунтау. Но я не находился все это время в пещере. Внутри я был самое большее три дня. Моя биография богата ПВД.

— Что это такое?

— Походы выходного дня. Когда я занялся спелео, за выходные можно было провести полноценный, с элементами второй категории, поход на Среднем Урале, туда очень удобно ходили поезда. Такой поход стоил всего 25 рублей (для сравнения, на Кавказ — 150 рублей). В пятницу вечером мы садились на поезд Ижевск — Яр, делали в Балезино пересадку на поезд Москва — Соликамск, приезжали в Губаху или Кизел. На ночь шли в пещеру, днем в воскресенье садились на поезд Соликамск — Казань, рано утром в понедельник приезжали в Ижевск и успевали на работу. Вот эти пещеры Пермской области: Кизеловская, Темная, Российская, Обвальная, Геологов-1,2,3 — самые популярные. Они доступные, исхоженные, и красот в них уже нет. Например, в пещере первого прохождения пол белоснежный от натечки, естественно, он затаптывается, никуда от этого не денешься. Но иногда люди из прихоти нарушают внутреннюю красоту: обламывают сталагмиты, а они длиной 20 см, тонкие и хрупкие. Ты подумай, как сталагмит понесешь, как препятствия с ним будешь преодолевать? А он засовывает его в карман и выносит крошку и обломки. Матерится и тут же выбрасывает. В той же Российской были очень интересные сталагмиты-пагоды. Какие-то чудаки захотели их вынести. Ну ты подумай, как понесешь? Они их своротили, подняли, потом опустили, так они сломанные и остались стоять. Спрашивается, зачем их было трогать? Много такого глупого поведения. Иногда люди вообще не соображают, что творят. Вот в позапрошлом году совершенно невероятный случай произошел: крымчане умудрились в вертикальную пещеру на 150-метровую глубину уронить машину. Сдуру поставили ее близко к входу, и она покатилась.

Кизеловка, у хозяина пещеры, 2012 год— Там, где вековая лежала пыль, свой след оставил автомобиль. Как же защитить пещеры от глупого людского поведения?

— Должна быть какая-то комиссия, которая бы определяла ценность той или иной пещеры. Допустим, в ней зарождается какая-то подземная река, которая, выйдя из нее, является источником питьевой воды для населенного пункта. Или в этой пещере нашли каких-нибудь уникальных животных. Так, в Средней Азии есть пещера, в которой живет рыба голец, она живет только в ней и больше нигде в мире. Такую пещеру есть смысл законсервировать. Но никакой комиссии, конечно, нет, поэтому спелеоклубы сами принимают решения, как защитить пещеры. Например, южноуральская пещера «40 лет Победы» под замком. Местный спелеоклуб решил, что ее загадили, и ограничили в нее доступ. Но против лома нет приема — замок просто перепиливается обычной ножовкой по металлу, и вход открыт. Тем не менее я считаю, что определенной частью пещер надо пожертвовать: нельзя останавливать спелеотуризм. Какие-то пещеры должны оставаться открытыми для посещения.


Читайте также


comments powered by HyperComments